30 июля, 2013

Я не понимаю, почему гей – это культ. Я просто парень и люблю парней.

Саша, возраст: 21

Привет!

Меня зовут Саша!
Ах, да. Совсем забыл, я гей.
Я хотел бы написать про безоблачное детство, но нет.
Мне было тяжело.

Всё началось лет в 13, когда я понял что я не испытываю симпатий к девочкам. Я всячески старался себя перебороть, так как видел, что мои друзья начинают проявлять свои флюиды к противоположному полу, бегать с девочками за углы целоваться, ходить за ручки. А я оставался с компанией одиночек, и мы строили догадки, что же они там делают.

У меня были связи с девушками, но всё это было не интересно, мне надоедало их внимание, дружить было интереснее.

Признаюсь, с 15 лет я считал что гей – это культ, целый ритуал. Я красил волосы, надевал вещи на два размера меньше, пил ту же воду, которую пила Мадонна. И с 15 лет всё и началось, меня презирали, мне кричали в школе в спину, меня пародировали учителя. Вел я себя женственно, но не считал это поводом для издевательств.

Я никому не говорил, какая у меня ориентация, на все обвинения я требовал позвать тех, с кем я спал, из парней, и это меня спасало от телесной расправы. (Таких мои обидчики не знали.)

Мне некуда было пойти, некому было рассказать о том, что у меня на душе.
Помогало то, что я был достаточно эрудирован, много знал и много читал. Моим причалом, бухтой, где нет шторма и проблем, была моя комната и Интернет. И компания друзей, которым я боялся открыть свою тайну.

Первый раз я открылся в 10-м классе, мне было 17 лет.

Я помню этот день как вчера. Москва, парк недалеко от дома. И я думаю, как сказать самому близкому человеку, что у меня двойная жизнь. Днем я с школьными приятелями, а вечером бываю в клубах для геев. И тут я вымолвил:

– Я хочу тебе сказать, что я не такой, ну. как ты думаешь.
– Ты пьешь кровь младенцев? Ты любишь есть по ночам борщ? Или ты гей?
– Я гей.
– Я знала, и что?
– Откуда, как? Не понимаю.
– А я всё понимаю, ты единственный парень, который не хочет меня, я уже тогда всё поняла, как бы ты ни отмазывался.

И потом мы вышли на улицу, она обняла меня и сказала:

– Я так тебя люблю, и всегда буду рядом.

После я открылся всем своим подругам.

И они меня поняли, они за меня всем сердцем, самое главное – быть признанным близкими.

Сейчас мне 21, мои друзья по школе, из института и с работы, я имею в виду парней (натуралов), понимают, кто я. Мы не говорим о моей ориентации и о моей личной жизни. Они частенько довозят меня и моих друзей-геев по домам после вечеринок. Я часто говорю с ними о терпимости, о том, что все мы люди, все разумные.

Бывает, я ухожу с головой в отношения и по телефону отвечаю: «Я с Ренатом». И когда я прихожу к ним зализывать раны, возникают вопросы, где я был, почему не звонил. Аккуратно спрашивают: «С Ренатом поругались?», на что я отвечаю: «Да, что-то вроде того, фиг с ним, поехали гулять».

Что касается семьи, не прошло и двух лет, как я потерял папу. Маме я пока говорить не хочу, ей пришлось многое пережить.

Сейчас я молодой мужчина, внешне и эмоционально. Я не понимаю, почему гей – это культ. Я просто парень и люблю парней. И у меня замечательная жизнь!
Это моя история.

Дети-404 – это не ошибка.
Ошибка не видеть вас.

P. S. Говорите, что думаете и что чувствуете! У нас одна жизнь, однажды мы состаримся. Не бойтесь признаться своим близким, они вас поймут. Если нет, делайте выводы.

Саша, 21 год